Трудно переоценимое значение для физиологии нервов, мышц и центральной нервной системы имели электрофизиологические исследования.
Впервые мысль о том, что в животном организме происходят какие-то электрические явления была высказана Л. Гальвани в 1786 г. Основанием для нее служил эксперимент, в котором Гальвани наблюдал сокращение мышцы при приложении к ней и подходящему к ней нерву дуги из двух металлов. Трактовка, данная Гальвани его опыту, была опровергнута А. Вольта, убедительно показавшим, что источником электричества был контакт двух разных металлов, а не живая ткань, которая в данном случае играет роль влажного проводника. Однако Гальвани вскоре в подтверждение своей идеи произвел опыт наложения седалищного нерва на брюшко икроножной мышцы лягушки и видел, что это нередко сопровождалось сокращением мышцы.
Опыт "сокращения без металлов" явился, по выражению дю Буа-Реймона, "истинным основным опытом нервномышечной физиологии"; с него по существу начинается история электрофизиологии.
Успехи электрофизиологии на протяжении всей ее истории неразрывно связаны с текущими достижениями физики и техники и усовершенствованиями электроизмерительной и электрорегистрирующей аппаратуры. Всякое новое достижение в этой области немедленно принималось "на вооружение" электрофизиологами. Одним из примеров может служить следующий факт, относящийся к раннему периоду электрофизиологических исследований. Когда Швейггер построил мультипликатор (1820), а Ампер открыл, явление астазии магнитной стрелки (1821), флорентийский физик Нобили (1827), соединив мультипликатор и астатическую пару стрелок с участком туловища и лапкой лягушки, обнаружил наличие электрического тока. Этот ток он назвал собственным током лягушки". Значительное количество фактов, доказывавших справедливость открытия Гальвани, получил К. Маттеуччи (1837—1840), использовавший в своих опытах как мультипликатор, так и "живой реоскоп", т. е. чувствительную к электрическому раздражению лапку лягушки.